Государственное учреждение образования «Средняя школа №10 г. Борисова»

Государственное учреждение образования «Средняя школа №10 г. Борисова»

телефон: 8(0177)97-62-20
222516, г. Борисов, ул.Заводская, 109

Память и боль белорусской земли

Великая Отечественная война... Двадцать семь миллионов советских жертв, из них чуть меньше 9 миллионов - военные потери. На белорусской земле было разрушено и сожжено 9.200 населенных пунктов, из которых более 5 тысяч - вместе с населением во время карательных операций.

Представляем Вашему вниманию 7 мемориалов на месте сожженных белорусских деревень.

 

 

Хатынь

(Логойский район, в 5 км к востоку от 54-го км автотрассы М3 Минск - Витебск)

 

Предыстория: утром 22 марта 1943 года в 6 км от Хатыни партизаны уничтожили штабную автомашину, в которой находился гауптман Ганс Вёльке - один из офицеров 118-го охранного полицейского батальона вермахта в Плещеницах. В тот же день солдаты этого батальона и бойцы карательного подразделения СС "Дирлевангер" вошли в деревню, в которой проживало около 150 человек. Жителей согнали в сарай, обложили его соломой, облили бензином и подожгли. В огне сгорели 149 жителей, из них 75 детей. Трое детей во время облавы успели убежать в лес, две девушки выбрались из горящего сарая, еще два мальчика выжили в огне; из взрослых выжил лишь один - кузнец Иосиф Каминский. Деревня не была восстановлена.

Память сотен деревень, сожженных фашистами во время войны, решили "мемориализировать" только через двадцать лет после великой победы (до этого был лишь небольшой памятник). В конкурсе, который стартовал в марте 1967 года, победил коллектив авторов: Юрий Градов, Валентин Занкович, Леонид Левин, Сергей Селиханов. Открытие комплекса состоялось 5 июня 1969 года.

Доминанты комплекса: шестиметровая скульптура "Непокоренный человек" (прообразом стал Иосиф Каминский, который держит на руках своего погибшего сына); гранитные плиты, символизирующие рухнувшую крышу сарая; открытые калитки, нижние венцы срубов на месте 26 домов и обгорелые печные трубы с колоколами, которые звонят каждые полминуты; кладбище 185 белорусских деревень, разделивших судьбу Хатыни; символические деревья жизни с названиями 433 деревень, которые были возрождены; Стена Памяти - мемориальные плиты с названиями 260 лагерей смерти и мест массового уничтожения в Беларуси; Вечный Огонь и три березки (на месте четвертой - пустое углубление: погиб каждый четвертый житель страны).

О деревнях-сестрах Хатыни невозможно забыть: их под десять тысяч в Беларуси… Смерч коричневой чумы пронесся по многим густонаселенным селениям, где когда-то звучал детский смех, трудились и радовались люди.  Теперь в невозродившихся деревеньках стоят мемориалы, обелиски и памятники, а вековые деревья — свидетели страшных преступлений нацистов — безмолвно соседствуют с памятью о павших жертвах войны. 

 

Дальва

(Логойский район, в 4 км к востоку от 77-го км автотрассы М3 Минск - Витебск)

 

Предыстория: 18 июня 1944 года группа партизан недалеко от Дальвы повредила телефонный кабель. Немецкие связисты провод починили и вызвали карателей. На следующий день со стороны деревни Жердяжье приехали немецкие грузовики, фашисты окружили деревню и всех жителей согнали в крайний дом Василия Кухаренка, бросили внутрь гранату. В огне погибло 44 человека, спастись удалось лишь одному жителю деревни - подростку Николаю Гириловичу, который в тот день пас коней вдали от деревни. Расправившись с жителями, палачи подожгли деревню с двух сторон. Это произошло всего за 10 дней до освобождения Плещеницкого района. Деревня не была восстановлена.

В 1972 году в Белорусском государственном театрально-художественном институте объявили конкурс на лучший проект памятника. Победителем стал третьекурсник Владимир Теребун, воспитанник Андрея Бембеля, - проект стал его дипломной работой. Мемориал строился на пожертвования общественных организаций и средства, собранные на концертах творческих коллективов. Открытие состоялось 15 июля 1973 года. Про комплекс часто можно слышать: Дальва - сестра Хатыни.

Доминанты комплекса: скульптура матери с ребенком, стоящих рядом с массивными балками - символом рухнувшей хаты; справа от нее - 16-метровая Стена Памяти с именами погибших. Здесь же братская могила с черными гранитными плитами. Как и в Хатыни, восстановлена деревенская улочка с первым венцом бревен домов. На пороге каждого дома - какие-либо вещи: игрушки, кувшины, клубки ниток, серп, скрипка… Вдоль улицы посажены 44 березки. На большом валуне - обращение к живущим:

Спалiў нас вораг чэрвеньскай парою -
Дзядоў, жанчын, падлеткаў i дзяцей.
Даруйце, людзi добрыя, за тое,
Што вас не сустракаем, як гасцей.

 

 

Шуневка

("Проклятие фашизму", Докшицкий район, на участке трассы Р3 Бегомль - Докшицы, между деревнями Добрунь и Рашковка)

 

Предыстория: в мае-июне 1943 года в ходе операции "Коттбус" немецкие власти уничтожали мирное население в Полоцко-Лепельской зоне (т.н. "партизанский край"). 22 мая немцы согнали жителей Шуневки в сарай на краю деревни и подожгли, 15 детей в возрасте до 6 лет бросили в колодец в центре деревни. Погибло 66 человек, оккупанты сожгли всю деревню - 22 жилых дома. Деревня не была восстановлена. Всего в районе было сожжено 97 деревень (восстановлены 94), 3.972 двора, погибло более 20 тысяч человек.

Мемориальный комплекс был открыт 3 мая 1983 года, среди авторов - Анатолий Аникейчик и Леонид Левин. Доминанты комплекса: пятиметровая скульптура матери, воздевшей руки к небу под воротами с тремя колоколами 18 века (один колокол расколот - символ каждого третьего жителя Докшицкого района, погибшего в войне); колодец, в который свалены камни и воздушный змей с выбитыми именами брошенных в воду детей; ступеньки в огне на месте хат. На воротах - стихи:

Як маці, заклінаю і малю,
Наступных пакаленняў дзеці
Сейце бяссмерця зерня ў раллю
Праклён вайне, што сее смерць на свеце!

 

 

 

Усакино

(Кличевский район, между деревнями Усакино и Суша, недалеко от железной дороги Осиповичи - Могилев)

 

Предыстория: Кличевщина в войну была одной из партизанских зон. Сразу за деревней Усакино начинается ландшафтный заказник "Острова Дулебы", представляющий собой заболоченную территорию размером с две с половиной современных Москвы. Еще 20 марта 1942 года народные мстители освободили Кличев от немцев и провозгласили советскую власть. Фашисты в отместку сожгли 69 деревень района, убили более 3 тысяч человек, а 580 юношей и девушек вывезли в Германию. В августе 1942 года каратели из подразделения "Дирлевангер" окружили деревни Вязень и Селец, согнали всех жителей ко рву и расстреляли, а потом подожгли деревни. Обе выгорели дотла (19 дворов в первой, 17 во второй). Погибли 80 человек Вязени и 60 из Сельца, фамилии некоторых не установлены до сих пор. Деревни не были восстановлены.

В 1985 году был открыт мемориальный комплекс воинской славы, включающий в себя несколько объектов. Доминанты комплекса: партизанский лагерь с восстановленными землянками (в Усакинских лесах помещался Могилевский подпольный обком КП(б)Б, в лесной типографии издавали газету); партизанское кладбище со скульптурой воина (в восемнадцати братских могилах покоятся более четырехсот партизан); мемориальный знак в честь базирования в Кличевской партизанской зоне подпольного обкома; в стороне от партизанской части комплекса находится мемориал "Расколотая хата" (братская могила 140 жителей сожженных деревень). И, конечно, волнующие строки:

Той скрываўлены ранак быў чорны ад горкага дыму,
I дрыжэла зямля ад смяротнага стогну ахвяр.
Боль пякучы ў сэрцах стрымайце, беражыце Радзіму,
Каб ніколі не выбухнуў новы ваенны пажар!
(на камне, посвященном деревня Везень)

Прыпыніцеся! Тут, дзе смуткуюць зялёныя шаты,
Дзе калісьці жыццё, як празрысты струмень, гаманіла,
Песні шчасця, дзяцінства спынілі фашысцкія каты.
Будзьце ж пільнымі – вас заклікаюць нямыя магілы.
(на камне, посвященном деревне Селец)

 

 

 

Дремлево

(Жабинковский район, между деревнями Степанки и Семеновцы)

 

Предыстория: 11 сентября 1942 года на рассвете в деревню ворвалась группа карателей. Жителей согнали в сараи и подожгли их. Убежать из огня смогли три раненых подростка. Гитлеровцы грабили дома, а затем подожгли деревню - 43 двора. В огне погибло 196 человек. Деревня не была восстановлена.

Мемориальный комплекс был воздвигнут в 1982 году. Основные доминанты: насыпанный курган; скульптуры трех женщин: бабушки, матери и дочери.

 

 

 

Литавец

(Дзержинский район, правый берег реки Жесть, между деревнями Радима и Александрово)

 

Предыстория: с лета 1942 года эта окруженная лесами деревушка считалась партизанской, здесь дислоцировался отряд "Боевой" под командованием ст.лейтенанта Б. Жаврида. 8 января 1943 года на территориях, прилегающих к Станьковскому лесу со стороны Минского, Узденского и Дзержинского районов, началась карательная операция "Якоб", целью которой было уничтожить многочисленные партизанские отряды. В субботу 8 января 1943 года на станцию Койданово прибыло два эшелона с танками, броневиками, пушками, в районе сформировалась карательная группа численностью более 7 тысяч 200 человек под общей командой штумбанфюрера СС Рейнгольда Бредера. 14 января 1943 года войсковые подразделения 13 полицейского полка СС, включая и 2 роты спецбатальона СС "Дирлинвангер", окружили Литавец. Жителей деревни согнали к большому деревянному амбару в северной части деревни. Стариков, женщин и детей загнали в амбар и подожгли, а мужчин отделили от общей группы и расстреляли возле амбара. Деревня не была восстановлена.

В декабре 1942 года недалеко от лесной деревни погибли четыре немца и пали два партизана. Фашисты создали большую группу под командованием штурмбаннфюрера Рейнгольда Бредера для расправы с населением, в которую вошли батальоны СС, жандармерия и полицейские формирования. Еще до рассвета карательный обоз двигался к Большой Уссе Узденского района. Вдруг выстрел пронзил тишину заснеженного леса. В обозе его приняли за атаку местных партизан и сразу направились в Литавец. 

Изверги заходили в каждый дом в поисках подпольщиков. Расправа была бесчеловечной: людей заставляли становиться в цепочку, взявшись за руки. В каждого члена семьи пускали пулю. Дом напоследок поджигали. В деревне фашисты оставили целой школу и несколько домов, но через неделю полицаи наведались снова и испепелили оставшиеся строения. 

— Четыре местных жителя случайно остались в живых, потому что ушли в тот день в соседние деревни или в лес. Уцелел также мальчишка Саша Короневич из соседней деревни, спрятавшийся под печью у Колосов, и Александра Колос. Пуля прострелила ей челюсть: чудом выжила. 

 

 

Ола

(Светлогорский район, Чирковичский сельсовет, урочище Ола.)

 

Предыстория: ддеревня Ола была оккупирована в конце июля 1941 года. Утром 14 января 1944 года немецкий карательный отряд вместе с войсковой частью, которая насчитывала около 1 тыс. солдат, окружил деревню. Людей загоняли в дома, которые затем поджигали. Тех, кто пытался убежать, расстреливали из пулеметов и автоматов, бросали в огонь живыми. Таким образом было расстреляно и сожжено 1758 мирных жителей, в том числе 950 детей.

После войны деревня Ола не возродилась.

В 1958 году на братской могиле, в которой захоронены мирные жители и советские воины (всего 2253 человека), был установлен памятник — скульптура коленопреклоненного солдата с венком.

В результате реконструкции братского захоронения создан мемориальный комплекс «Ола», который включает три функциональные зоны: входную группу, мемориальную зону (на территории, примыкающей к существующему братскому захоронению) и соединяющий их пешеходный маршрут по бывшей деревенской улице.

В центре мемориальной зоны — символичный крест и колокол. Рядом — звонница в виде стилизованного деревенского сарая с количеством колоколов по числу деревень, жители которых здесь погибли.

 

 

 

Борки

(Кировский район, рядом с автодорогой Р93 Бобруйск - Могилев)

 

Предыстория: 15 июня 1942 года каратели батальона "Дирлевангер" сожгли в деревне Борки 1.800 (!!!) жителей самих Борок и окрестных деревень и поселков - Хватовка, Долгое Поле, Закриничье, Красный Пахарь, Пролетарский, имени Дзержинского. Деревня Борки была восстановлена, а соседние деревни так и не возродились. На основе этих событий Алесь Адамович написал повесть "Каратели".

Тут все понятно и без экскурсовода: фамилии, воспоминания, говорящие скульптуры. Подходишь к композиции, изображающей склонившуюся над пустой колыбелью мать, которая потеряла самое дорогое — свое дитя (в глобальном смысле это символ Родины, оплакивающей погибших детей), и слышишь скрип качающейся пустой «калыскі» — срабатывают установленные датчики движения. Ступаешь дальше — и застываешь в оцепенении у «Амбара», олицетворяющего ужас тех событий: из него, объятого огнем, пытаются выбраться люди. А за композицией из сгоревших срубов — «Колодец» с застывшей черной водой. В таком, только настоящем, 78 лет назад фашисты живьем топили маленьких детей (тех, что постарше, поднимали на штыки — экономили патроны). Теперь сюда люди несут тем, кто так и не успел вырасти, игрушки…

— Лютовали в Борках и окрестных поселках каратели страшно. Одних селян сжигали заживо, других укладывали на пол и расстреливали, — вспоминает сквозь слезы 90-летняя Мария Шпаковская, единственный свидетель тех событий из ныне живущих в Борках. — Мне тогда было 12 лет, спас меня одноклассник Олег Жданович, прибежал в хату, рассказал, что фашисты палят село. Мы успели скрыться на болоте. Как вернулись — не узнали село. Все сожженное... Уже после войны написали письмо Сталину, чтобы помог отстроиться. Но возродились только Борки, остальные шесть сел так и не оправились от горя.

 

 

Мемориальные комплексы — дань памяти погибшим жителям всех «огненных деревень» и напоминание о зверствах карателей, творившихся тут в годы войны. И эта память, в первую очередь, нужна живым!
 

Версия сайта для слабовидящих